Сам Себе Враг

Глава 10

После этих слов, сердце отчего-то принимается биться ещё быстрее, а по телу проносится волна жара. От страха, наверное.

— Спятил? — одними губами шепчу и наблюдаю за тем, как он плавно опускает на них свой взор. И вновь они слегка сужаются, выдавая улыбку.

Делаю глубокий вдох, и к собственному ужасу понимаю, что нет, это уже не страх меня одолевает. Буквально минуту назад он какого-то чёрта перерос в желание.

Я определённо сошла с ума, раз ощутила влечение к этому маньяку без лица и без имени.

— Разреши мне, — произносит настолько же тихо.

— А если нет? Силой возьмёшь? — в моём тоне мелькает вызов. — Совершать преступления для тебя не в новинку ведь.

Рука, что до этого неподвижно лежала на моей ноге, начинает перемещаться выше. От колена и прямо к краю сорочки. Немного задирает её и сжимает пальцами.

— Могу и так, силы у нас не равны, — кивает, будто это в порядке вещей. — Но никогда подобного не делал и не собираюсь. Тем более с тобой. Хочу твоего ответного желания.

Горячие пальцы нагло продолжают свой путь, не собираясь останавливаться, но в последний момент я резко свожу ноги вместе и отталкиваю его руку.

— Думаешь, я смогу захотеть тебя после всего, что ты мне продемонстрировал? Я даже лица твоего не вижу, — ядовито усмехаюсь, надеясь уколоть его побольнее. Может, хоть так отстанет.

Но ведь действительно. Как я могу целоваться с тем, у кого, вероятнее всего, какие-то проблемы с внешностью? Я не брезглива в этом плане, отношусь с уважением и так далее, но факт остаётся фактом. Он для меня — чужой человек, которого я вижу третий раз в жизни. И который занимается тем, что сталкерит меня последние десять дней. Это не нормально!

И всё же мысль о том, чтобы реально его поцеловать, не кажется отвратительной. От этого парня свежо и приятно пахнет мылом, холодом улицы и чем-то ещё, слабо уловимым. Он внушает силу, пусть и пугающую. Если не брать во внимание балаклаву, выглядит привлекательно внешне — стройный и подтянутый.

На моё высказывание незваный гость не реагирует. Просто смотрит немигающим взглядом. Опускает и вторую руку, после чего, как мне кажется, собирается встать.

— Ладно! — выпаливаю, вдруг ощутив дикий прилив любопытства. Все логичные и адекватные мысли, видимо, покидают мою голову. — Один поцелуй и ты навсегда от меня отвяжешься. Никаких ночных визитов, никакой слежки.

Задумывается, а спустя несколько секунд качает головой.

— Ты жестокая, — бархатным, едва ли не томным голосом произносит, заставляя новый поток мурашек пробежать по моим ногам.

Ожидаю от него отказа, согласия, всего что угодно. Но уж точно не того, что он внезапно схватит меня за плечо и опрокинет поперёк кровати. Даже пискнуть не успеваю.

Садится сверху и удивительно ловко блокирует мои руки и ноги, чтобы я буквально не могла пошевелиться. И лёжа в подобной позе, перестаю различать даже тонкую полоску кожи на его лице.

Пугаюсь подобного, однако не настолько, чтобы начать вопить и звать на помощь. Могу это сделать, но не хочу.

Точно рехнулась на фоне ежедневного стресса.

Где гарантия того, что у него нет с собой ножа, которым он меня пару раз пырнуть захочет?

Обездвижив меня, парень явно остаётся собой доволен. Вижу, как опускает глаза и осматривает меня от головы и ниже, до таза. Он не сидит на мне полностью, удерживает себя на весу, но всё равно соприкасается своей промежностью с моей... Это слишком интимно, слишком откровенно.

Тяжело дышу и могу только следить за дальнейшими действиями своего... сталкера. Будем называть вещи своими именами.

Плавно наклоняется и замирает надо мной. Удерживая мои руки над головой одной своей, вторую подносит ближе и вдруг приподнимает низ маски. Я вздрагиваю, готовая многое отдать, чтобы увидеть хотя бы эту часть лица, но ничего. Вижу светлую кожу, очертания губ, но не могу разобрать даже, есть там шрамы или что-то в этом роде.

Улыбается, а затем и вовсе коротко посмеивается, выдохнув на мои пересохшие от волнения губы. Дыхание свежее и зубы определённо белоснежные. Уже хоть что-то. На бомжа, по крайней мере, точно не похож никоим образом.

И вновь ошарашивает, когда без предупреждения делает то, о чём вслух сказал пару минут назад.

Целует мягко, осторожно, пробуя мои губы на вкус. Или ожидая, что я в любой момент могу начать орать и брыкаться. Неторопливо сминает их своими, проводит пару раз языком, целует один уголок рта, потом другой... Я же никак не реагирую, оставаясь наблюдателем, а не участником.

На самом деле, ожидала от него каких-то резких порывов, жара и огня, однако на деле он будто в самом деле только изучает меня.

Протяжно выдыхает, почти с сожалением, а затем отодвигается.

Распахиваю удивлённо глаза, мгновенно задумавшись, что конкретно ему могло не понравиться.

Как оказалось, он просто решил снова поболтать.

— Я не дам тебе такого обещания. Просто не смогу отказать себе в удовольствии видеть тебя. И всё же не хочу доставлять тебе дискомфорт своей навязчивостью. Всё-таки я не маньяк, каким ты меня окрестила.

Так и остаюсь лежать с поднятыми руками, когда он поднимается с меня, с кровати. Возвышается с высоты своего роста, опускает обратно балаклаву и накидывает на голову капюшон куртки.

— Я продолжу приходить к твоему дому, Элина. Но в твою спальню войду в следующий раз только при условии, если ты сама этого захочешь. Ложась спать, не замыкай балконную дверь, и для меня это будет знаком.

Не зная, как реагировать, медленно приподнимаюсь, но не говорю ни слова. Незнакомец, высказав всё, что хотел, спокойно покидает мою комнату. Беззвучно выходит на балкон и просто испаряется.

Сумасшествие какое-то.

Встаю с постели, подхожу к двери и выглядываю через стекло. Ожидаемо ничего не рассмотрев, запираю её и возвращаюсь под одеяло. Укутываюсь по самую шею несмотря на то, что тело всё ещё горит. Пытаюсь осмыслить произошедшее, глядя в потолок, и не замечаю, как опять засыпаю. На этот раз сплю до самого утра.

И утром даже кажется, что всё это было лишь сном. Хотелось бы в это верить, но настолько реалистичные сны мне обычно не снятся. Этот товарищ в маске снова приходил и, как выяснилось, далеко не во второй раз.

Сейчас, думая об этом, опять становится жутко. Понять не могу, как могла позволить ему себя поцеловать после подобных слов! Это же откровенное преследование, что бы он там ни говорил о моём комфорте.

И всё же сказал, что больше не перейдёт черту, если я сама не захочу. А я не захочу, пусть не надеется! Целуется он приятно, однако это не повод бросаться в омут с головой. Моя жизнь в последние месяцы и так похожа на дурацкий, второсортный триллер, разве что элементов боевика пока не было.

Надеюсь, и не будет.

Так как проснулась я на полчаса раньше будильника, в университет собираюсь без спешки. Да и на сборы трачу мало времени, уже более-менее научившись стильно одеваться и нормально краситься.

Беру с собой сумку и куртку, после чего выхожу из комнаты. Проходя мимо спальни Светланы и Константина, заглядываю внутрь, желая поздороваться с женщиной. Но когда приоткрываю дверь, вижу лишь пустую кровать со смятой постелью. На тумбочке стоит поднос с завтраком, но самой блондинки нет. Зато слышится шум воды из ванной. Думаю, она наконец-то идёт на поправку.

Спускаюсь на первый этаж и захожу в столовую. Там уже заканчивают завтракать Варя и Константин.

Здороваюсь с ними и сажусь за стол, наливая себе чай

— Зашла сейчас к маме, хотела пожелать доброго утра, а она, видимо, в душе.

— Я минут пятнадцать назад ей покушать отнесла, она говорила, что собирается. Выглядит сегодня лучше, но слабость всё ещё сильная, — сообщает Варя, а после смотрит на свои наручные часы. — Пойду заберу поднос и заодно гляну, как у неё дела. Я сегодня на учёбу, кстати, не еду. Побуду с ней.

В ответ лишь киваю, радуясь, что Светлана не останется в таком состоянии одна. Мы предлагали нанять медсестру, чтобы она присматривала за больной в наше отсутствие, но женщина всячески упирается на этот счёт.

Когда шаги Варвары стихают, мы остаёмся с мужчиной вдвоём. Меня тут же окутывает неприятное напряжение, и всё же заставляю себя начать есть.

— Как дела? — вдруг интересуется без эмоций в голосе и не смотря на меня.

— Всё хорошо... — отвечаю уклончиво, вспомнив вчерашний разговор с "сестрой".

Нужно как можно скорее сообщить ему о наших планах, дабы потом не было претензий и угроз.

Набрав в лёгкие воздуха побольше, делаю глоток чая и набираюсь храбрости. Затем всё-таки рассказываю ему о беседе с Варей и о том, что предложила ей поездку на выходных.

— Ты предложила? — переспрашивает насмешливо. — С каких пор ты берёшь на себя такие смелые поступки и что-то решаешь в этом доме?

Злюсь от подобного тона, но заставляю себя быть покладистой. Мягко прошу:

— Пожалуйста. Это всего лишь на два дня. Девочка устала, ей нужен отдых, она эмоционально нестабильна. Ещё и за мать сейчас переживает.

Опускаю голову и возобновляю свой завтрак. Остаётся лишь ждать, что он в итоге решит. Если откажет, то Варя будет расстроена, это точно.

В конце концов, даёт свой вердикт спустя минуту:

— Хорошо, можете ехать. Я отправлю водителя, чтобы он присматривал за вами. И в пятницу вы обе составите мне компанию на важном мероприятии. Раз Света болеет и не в состоянии меня сопровождать, значит, пойду с любимыми дочурками, — едко лыбится. — Заодно представлю тебя обществу. А потом отправляйтесь на все четыре стороны.

— Но...

— Никаких "но", Элина, — зло выделяет имя. — Я не спрашивал твоего мнения.

Вытирает рот салфеткой, бросает её на стол и встаёт, шумно отодвинув стул назад.

— Варе передай, пусть имеет в виду.

Провожаю мужчину хмурым взглядом и облегчённо выдыхаю, когда он уходит.

Замечательно. Теперь ещё и на какую-то скучную светскую тусовку тащиться, где на меня снова будут глазеть со всех сторон, но на этот раз взрослые, состоятельные дядьки.