«Я не был мёртв, и жив я не был тоже» (с) Данте Алигьери.
Я снова следил за ней. Это превратилось в кошмар, как и вся моя жизнь до того. Впрочем, разве моё существование предполагало иное? Иногда ловил себя на мысли, что точно так же воспринимались бы стенания животного, отправленного на скотобойню. Стенания о несправедливости мира к нему, а ведь по сути, это он был несправедлив к этому миру, это он ожидал большего, чем для него предполагалось. И поплатился, но не столько жизнью, сколько мощнейшим разочарованием в момент, когда осознал, что не имеет права на большее, чем сдохнуть в угоду тому, кто определил его судьбу. Полнейший крах. Именно он ломает изнутри человека. Именно он с оглушительным треском разрушает подкорку головного мозга, оставляя голые инстинкты, направленные на едину
